Русскій детективъ

Объявление

Добро пожаловать в Российскую Империю времен императора Александра II, в Петербург, открывающийся с темной стороны. Это жизнь "среди убийц и грабителей", с которыми сражаются лучшие сыщики столицы. Подробнее в сюжете и на игровом поле.

Время в игре:

1873 от Р.Х.


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Русскій детективъ » Академия и энциклопедия » Дело Чернышевского. Сборник документов


Дело Чернышевского. Сборник документов

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

http://n-g-chernyshevsky.ru/books/item/ … ndex.shtml

http://n-g-chernyshevsky.ru/books/item/ … t261.shtml

0

2

28.Письмо В. Костомарова - И. Д. Путилину от 7 мая 1862 г.

(Опубликованы Н. А. Алексеевым ("Процесс", стр. 106, 107). Подлинники: ЦГАОР, ф. 109, 1 эксп., оп. 5, ед. хр. 230, ч. 176, литера "А", письмо № 24, л. 93, письмо № 12, л. 63, письмо № 1, лл. 33-34. Нумерация писем И. Путилина (см. примечание 44 ко II разделу).

В своей переписке с И. Д. Путилиным В. Костомаров с целью придать ей особую таинственную значимость и тем самым мистифицировать, полицию часто пользовался вымышленными именами (в том числе женскими), называл произвольно те или иные географические пункты, вводил в текст двусмысленные намеки и т. п.)

<№ 24> Я все дивлюсь вашему молчанию и, наконец, начинаю думать, что вы или испугались моего письма от 19 апреля, или перестали интересоваться известным вам делом... а жаль.

В настоящее время, окончив жизнеописание пр. Тихона Задонского (читали вы его?), мы принимаемся за обширный труд "Обозрение раскольничьих скитов Ярославской епархии"... работа идет весьма успешно и близка к концу, если ничто не помешает.

Пора бы вам оставить свой скучный деловой Петербург и приехать отдохнуть в нашу мирную деревню; что вы об этом думаете? Напишите мне - и я немедленно вам отвечу, приняв все предосторожности, чтобы письмо мое дошло к вам. Ваш преданный В.

Село *** 7 мая 1862.

29. Письмо В.Костомарова - И.Д.Путилину май 1862 г.

<№ 1> Не удивляюсь, дорогой Иван Дмитриевич, что вы не много поняли из моего последнего письма: вижу, что вам немного и очень немного известно из того, что делается теперь в нашей матушке Москве. Иначе вам был бы очень понятен мой намек на пр. Тихона. Надеюсь, что вы не будете на меня в большой претензии, если и из настоящего письма узнаете тоже не много. Во-первых, дела такого рода не излагаются письмами никогда, а тем более преждевременно; что же касается до догадки вашей, что "мне известно многое", смею уверить вас, что она справедлива гораздо более, чем вы думаете. Мне известно столько, что я еще не знаю, не выгоднее ли для меня будет молчать и помогать, чем открыть и мешать. Впрочем, это будет зависеть от личных переговоров с вами. Имейте только то в виду, что дело идет уж не <о> таких пустяках, как неудачные ухищрения какого-нибудь Костомарова или Михайлова или невинные плакарды каких-нибудь "Дум" и "Комитетов", которыми, впрочем, мы пренебрегать не советуем. Очень бы хотелось мне исполнить свое обещание и прислать вам то сочинение, о котором я намекал вам,- но в настоящее время это невозможно, по причине весьма уважительной, но которую объяснить я могу вам только при личном свидании. А чтобы хоть чем-нибудь загладить неисполнение этого обещания, посылаю вам с вашим посланным кое-что, из чего вы и кто следует могут убедиться, что сведения наши не могут быть не справедливы и не положительны.

А если те господа, которые более нас заинтересованы в этом деле, будут или скаредничать, или смотреть на нас вообще недоверчиво, или, чего доброго, возымеют намерение поступить со мною по-шуваловски, то предупреждаю, что меня уже нельзя будет поддеть ни на какую удочку. Игра будет большая. Ну, да вообще приезжайте и поговорим. Будьте уверены, что я вас не введу ни в напрасные расходы, ни в напрасную трату времени, ни скомпрометирую вас перед вашим начальством. Конечно, я не буду виноват, если мы с ним не сойдемся в условиях, а тут, как я уже (помните) говорил вам, дело не в одних деньгах, которые для меня совершенно на втором плане.

Итак, вы меня спрашиваете: "нужны ли... люди, деньги, какие-либо сведения или личное мое свидание с вами?.."

Отвечаю вам положительно:

Людей никаких не нужно, ибо мы сами люди.

Деньги - может быть, но разве какая-нибудь сущая безделица. Сведения мои, вероятно, полнее, разнообразнее и вернее ваших; но если в ваших есть что-нибудь для меня новое, конечно, это не помешает делу.

Но вы, вы, сами вы нужны мне более всего на свете, более всех людей, всех денег, всех сведений.

Но опять-таки, во избежание всех недоразумений и неудовольствий, объяснимся на этот счет подробнее. Если я и желал бы видеться с вами, то единственно затем, чтобы поговорить с вами, но не за тем, чтобы действовать. Это еще рано. Но: для того, чтобы, когда придет пора действовать, не было ПОЗДНО, мы должны видеться с вами и условиться. Вот видите ли: если бы мы условились с ними прежде,- и вы бы приехали по моему первому вызову,- мы бы могли перенять дело в самом его зародыше и на самом месте действия; теперь же мы должны ждать, пока оно созреет,- и конечно, это сопряжено с большими трудностями, хотя будет гораздо рациональнее.

В заключение, еще раз уверяю вас, что игра будет стоить потраченных на нее свеч, и что Я - единственный ключ ко многим замкам, которые нельзя ни сшибить, ни отпереть.

Пусть попробуют.

Коли хотите, приезжайте: поговорим по душе. А писать, право, я не стану... Не по недоверию к вам, конечно,- вы в этом отношении и не смейте сомневаться во мне,- а потому, что, во-первых, всего не напишешь, а, во-вторых, переписка, вообще, дело опасное; по почте письма не всегда доходят, а ваше письмо я получил подпечатанное. Ваш преданный В.

(Мое запечатано синим сургучом)

<май 1862 г.>
предыдущая главасодержаниеследующая глава

0

3

30. Письмо В. Костомарова - И. Д. Путилину от 3 июля 1862 г.

<№ 12> Дело мое перешло в Петербург 27 июня; - но чем кончилось здесь - неизвестно. Разузнайте сами, где оно и что с ним. Вообще не медлите высылкой… и пишите чаще сами. Ваш Сейид < ? >, 3 июля.

0

4

31. Письмо Н. Н. Костомаровой - И. Д. Путилину июнь 1862 г.

(Опубликованы Н. А. Алексеевым (.Процесс", стр. 109). Подлинник: ЦГАОР, ф. 109, 1 эксп., оп. 5, ед. хр. 230, ч. 176, литера "А", лл. 95-96.)

<№ 25> Спешу сообщить вам то, что мне самой передал вчера утром мой муж. За ним присылал Пот<апов> и спрашивал его: ".подала ли ваша супруга просьбу, какую я советовал ей подать?" и при этом передал ему все ее содержание от слова до слова, и "попросите ее уговорить сына передать мне все, что он знает. За то будут награды и почести для всего семейства. И выписывайте своего второго сына; мы сейчас же дадим ему место". Вследствие-то этого он его и выписывал, как я вам говорила, но для меня все это была тайна. Оба эти дни муж ездил куда-то во фраке, что с ним бывает только в торжественных случаях. Наконец, сегодня он объявил мне свою тайну. Я, разумеется, очень смутилась при этом и сейчас же спросила, не сказал ли он ему, что я уж подала просьбу и кому именно? Он отвечал, что нет, но что он сказал ему, что я здесь. Но вижу по его смущению, что он все высказал, потому что я подловила некоторые слова, напр., Пот<апов>, говоря и то другое, между прочим, сказал: "мы, начальствующие, ничего друг от друга не скрываем; кому бы она ни подала просьбу, мы все сообщим один другому, Сув<оров> - мне, а я - Сув." Алексей приехал и сегодня будет у вас, и потому я сочла обязанностью предупредить вас обо всем, хотя, быть может, это и не составляет для вас никакой важности,- я ведь ничего не знаю; но вы, как действующее лицо, должны знать все, а Алексей должен быть и у того, и у другого; следов, узнавши все, вы так его и настроите, как с кем держать себя, а ему велено вас слушать. Вот я и пишу это письмо украдкой и украдкой же принесла его к вам в дом. А очень бы нужно лично повидаться. Много есть у меня дельного и требующего немедленного распоряжения, но этого вы не узнаете до приезда моего в Москву, Действуйте же как знаете. А на дачу к вам ехать мне не хочется и не поеду; что-то вы очень недружелюбно бываете со мной у себя дома, да и люди ваши величайшие невежды; а я этого не люблю и не привыкла к этому. Если я буду вам нужна завтра, то напишите по получении этой записки одно слово, чтоб я приехала к вам,- я приеду; а то так, может быть, мы вас пригласим в Москву. Письмо это я написала с вечера, думая сама отнести, а сегодня встала вся больная, и вы получите его от Алексея. Хочется сегодня уехать. О последствиях всего пишите к нему в Москву.

<июнь 1862 г.>

0

5

32. Письмо В. Костомарова - И. Д. Путилину от 27 июня 1862 г.

(Опубликованы Н. А. Алексеевым ("Процесс", стр. 109-113). Подлинник: ЦГАОР, ф. 109, 1 эксп., оп. 5, ед. хр. 230, ч. 176, литера "А", письмо № 13, лл. 64-66, письмо № 16, лл. 80-80 об., письмо № 2, лл. 35-35 об., письмо № 15, лл. 68-69 об., письмо № 21, л. 90, письмо № 19, л. 87, письмо № 18, лл. 86-86 об. На конверте письма № 13 штемпель - Москва 24 июня 1862, а на конверте письма № 16 - Москва 27 июля 1862.)

<№ 13> М. Г. Семен Григорьевич, последнее письмо ваше вчерашний день я имел получить; известия, сообщенные мне свекровью моею, крайне меня удивили: господин барон П., предлагая племяннику моему свою протекцию для помещения его в известную вам контору, вероятно, все еще думает, что мне что-нибудь известно в интересуемом его деле; неужели вы, почтенный зятюшка, не имели до сих пор случая убедить господина барона, что я ровно ничем не могу быть полезным правлению его компании, и что если я и ходатайствую за племянника своего, то рассчитываю в этом случае единственно на то, что моя прежняя служба компании не забыта господами акционерами? Все это вы потрудитесь поставить на вид господину барону.

Адольф Карлович просил меня передать вам, что предпринятая им в товариществе с вами и господином Князевым покупка чая должна быть немедленно окончена, ибо чай с каждым днем падает в цене, особенно после того, как у них в городе разнесся слух об арестовании московской таможней транспорта купца С-нкова. Приказчика своего я отправил еще до получения от вас телеграммы на свой риск: ибо и так уже потеряно не мало времени за приисканием понадобившихся на сей предмет денег; завтра я должен получить уже и известие от приказчика; не думаю, впрочем, что предприятие мое увенчается успехом, ибо посланный мой промешкал почти двое суток и, вероятно, уже не успеет проследить действий агента враждебной нам компании.

Я очень pад, что вы не успели видеться с моей свекровью после получения вами ее записки. Она случайно узнала от одного из преданных мне акционеров вести, не слишком приятные для директоров главного общества, но так как, по моему мнению, это - пустая сплетня, подобная сообщенному вами известию о прибытии из-за границы контрабандного чая, то я и не слишком сожалею, что она не сообщила всех ее подробностей. Напишите мне обстоятельно о результатах последних совещаний акционеров и отправкой племянника подождите, до получения моего ответа; имейте за ним строгий надзор.

Поручая себя родственному расположению вашему, имею честь быть Феофан Отченашенко.

P. S. Передайте племяннику, чтобы он употребил все усилия достать денег, которые в настоящее время для меня необходимы до такой степени, что за недостатком средств приходится на время закрывать лавку. Хороль, 27 июня.

0

6

33. Письмо В. Костомарова - И. Д. Путилину от 22 сентября 1862 г.

<№ 16> Милый брат, последнее письмо твое не то чтобы удивило меня, а как-то озадачило. Будучи уже раз проведен самым нелепым образом, я, конечно, не упускал из виду возможности остаться в дураках и во второй раз,- а все-таки не ждал, чтобы в наши сношения с тобою так скоро вкрался тот угрожающий тон, которым, признаюсь тебе, действовать на меня можно всего без успешнее. Тебе ли упрекать меня в осторожности? да какой же? в чем? осторожность моя - законная, вспомни это. И я вижу, что я хорошо сделал, действуя более или менее осторожно: ты начинаешь уже нарушать условие, требуя от меня уплаты раньше срока. Повторяю же тебе еще раз, что если б даже я и хотел заплатить тебе долг раньше срока,- я решительно не могу, потому что все мои деньги и документы находятся на сохранении у одного лица, которое ни за что не выдаст мне их прежде, нежели удостоверится, что процесс мой выигран окончательно. А в минуту выигрыша процесса наступит, как тебе известно, и срок моего платежа тебе. Я вот не сижу сложа руки, я все стараюсь об том, чтоб дать тебе более, чем обещал,- и успею в этом; а вы так плохо, видно, хлопочете, если уж, от нечего делать, принялись за угрозы. Неужели и вас только на это станет? Нет, не верю, и не хочу верить. Верно, ты был очень не в духе, милый брат, когда мне писал письмо свое. Все оно, с первой и до последней строчки, как-то... странно. Во-1-х, ты требуешь почти с угрозами от меня того, чего я не могу дать до известного времени а чего ты добровольно согласился от меня не требовать до срока; во-2-х, укоряешь меня в излишней осторожности, как будто осторожность бывает когда-нибудь излишнею,- особенно в моем положении. Вы вот до сих пор ничего еще не могли для меня сделать; кто мне поручится за успех? А отступление-то уж началось: вон ты уж на одной странице успел мне три раза написать, что плохо-де будет..; в-3-х, ты пишешь: ждали больше,- подождите немного: - какой ты странный! Ты ведь знаешь, что мне ждать очень удобно, так что скорое окончание процесса нужно не для меня, а для вас; медленность в его ходе не мне вредит, а вам. Если б я хлопотал только из-за своих интересов, так я не торопил бы вас окончанием дела, а просил, напротив, вести его как можно медленнее, потому что, "повторяю, окончание его не принесет мне ровно никаких ни удобств, ни выгод в настоящем. В-4-х - и в-последних, пиши ко мне пожалуйста попонятнее, а то я половину твоего письма не понял. Что за иностранцы в процессе? Что за обер-прокурор, который спрашивал, уверен ли ты в желании сестры твоей кончить процесс миром? Какой мир? с кем? Она, кажется, ни с кем не ссорилась...

Вообще, я удерживаюсь от объяснений до получения от тебя менее кабалистического послания,- только, пожалуйста, без угроз, потому что ими взять тут нечего. Будем лучше аккуратнее исполнять данные друг другу обещания,- и я уверен, что по окончании дела никто из нас не останется ни в накладе, ни в претензии. До получения от тебя более положительного уведомления о ходе нашей тяжбы и о степени возможности окончить ее по условию,- я откладываю писать тебе о ходе моих химических работ, результат которых пока довольно успешен. Особенно вчера мне удалось сделать одно довольно интересное открытие в черном никеле, находимом в восточной Армении около Арарата.

Итак, жду от тебя послания более отрадного. Брат твой Николай Озерец. Калязин, 22 сентября 1862 г.

0

7

34. Письмо В. Костомарова - И. Д. Путилину от 16 августа 1862 г.

<№ 2> Ohere cousine*, письмо, полученное мною вчера, было первое со времени отъезда из Пб. твоего племянника. Я думаю, что муж твой monstre qu'il est** читает наши письма, иначе как могло письмо, писанное тобою 11, могло получиться 15 вечером. Поэтому не будь в претензии, что мои письма так коротки; я вовсе не желаю твоего урода мужа делать участником наших секретов, каковы бы они ни были, хоть даже самого невинного свойства. Да и при том я, начиная с 9-го, все ждала тебя к нам в Марьино. Кончай свои проклятые дела и приезжай к нам поскорее: с каким я тебя драгоценным человеком познакомлю, ma chere, душка! Пожалуйста, влюбись в него и подари своего отвратительного мужа парой хорошеньких рогов. Вообрази, ma mie, что поездка моего посланного не удалась; в N была большая охота; г-н Отчн. в отчаянии; они травили лисицу, которая, надо сказать, зверь очень редкий в наших местах, и г-н Отч., несмотря на все усилия, не мог ее выследить. Теперь он из себя выходит; загнал лошадь и не затравил зверя. Я не буду ничего писать тебе, ma bonne***, рассчитывая на скорое свидание; целую тебя крепко и желаю хорошеньких рогов твоему гадкому мужу.

* (Дорогая кузина (фр.).)

** (Изверг, каким он является (фр.).)

*** (Моя хорошая (фр.).)

Adieu, ta Fanny*.

* (До свидания, твоя Фанни (фр.).)

P. S. Чуть было не забыла, ma chere*, передать тебе поручение кузена. Он извиняется недосугом в том, что не пишет к; тебе, но ты ему не верь, он просто лентяй; ну, так он просил меня передать тебе, что, если ты будешь так обязательна, то попросить своего дядюшку похлопотать о переводе Вольдемара на Кавказ; как ему решительно все равно, в какой полк ни поступить, лишь бы кавалерийский; впрочем, лучше всего было бы в Нижегородский, так как он, говорят, стоит в хороших местах.

* (Моя дорогая (фр.).)

Еще он просит тебя не забыть навести справки о том господине, о котором он писал к тебе.

Adieu, ma chere. Dieu te garde*. 16 Aot. Село Марьино.

* (Бог тебя храни (фр.).)

0

8

35. Письмо В. Костомарова - И. Д. Путилину от 19 сентября 1862 г.

<№ 15> Вот, ma mie*, как вы дурно исполняете свои обещания. Я не говорю уже о том, что вы обещали приехать к нам в Можайск к 16 сент. и не едете; я знаю, что это зависит более от вашего мужа, чем от вас; но вполне зависит от вас писать ко мне; приезжий наш все ждет, желая лично познакомиться с вами, и я вся уже изовралась перед ним, объясняя разными небылицами ваше равнодушное молчание, для меня самой непонятное, ибо я уверена, что без надежды на успех вы бы не начали тяжбы, которая уже и мне и вам обошлась так дорого, а между тем- на успех, как видно, надеяться нечего. Спешите, пожалуйста, до сих пор еще ничего не потеряно, но скоро, быть может, я не буду в состоянии ничего сделать для вас и для супруга вашего. Не утешайте себя тем, что все спокойно: тихо перед бурей. Итак, милая моя, напишите мне обстоятельно, как идет ваша тяжба, и есть ли надежда на успех, верная, непременная надежда,- мне надо" действовать, чтобы не упустить из рук одного важного обстоятельства.., а в случае, если нельзя надеяться на успех в Петерб.,- я решусь на тот образ действий, который необходим в настоящее время для наших успехов в Москве. Напишите, непременно напишите положительный и верный ответ, на который я могла бы положиться вполне, потому что, еще раз повторяю, что для успеха нашего дела мне необходимо прибегнуть к настоящему coup d'etat**.

* (Моя милая (фр.).)

** (Государственному перевороту (фр.).)

Прощайте, дорогая моя, спешите же выигрывать процесс, если не хотите, чтобы все было потеряно; но во всяком случае пишите подробно и искренно о состоянии процесса. Жду от вас скорого ответа, уверенная, что неточными известиями вы не захотите вводить в заблуждение и подвергать величайшей опасности душевно вам преданную М. Гаврил.

Можайск, 19 сентября 62.

P. S. Прошу свидетельствовать супругу вашему мое глубочайшее почтение и расцеловать от меня милую сестрицу вашу. Не будет ли с моей стороны злоупотреблением дружбы вашей просить вас привезти мне из Петербурга капор, потеплее,- у нас в нашем скверном городишке решительно нельзя найти ничего порядочного.

Еще раз целую вас. Ваша М. Г.

0

9

36. Письмо В. Костомарова - И. Д. Путилину от 14 декабря 1862 г.

<№ 21> Об решении моего дела одна важная особа справлялась в сенате у другой важной особы: на два года в крепость без всяких дальнейших последствий.- Сто десять рублей отправил, куда следует. Имею кое-какие свежие вести. Мне что-то крепко принемоглось; скучно как,- смерть. Пожалуйста, пиши мне. Касательно моей личности есть слух, очень верный, что придется пробыть в Москве несколько недель. Дай бог, чтобы хоть праздники не тревожили. В. просит извиниться, что замедлил отсылкой книги; брат был третьего дня дежурный и не мог сходить за ней. В. говорит, что книга эта не так интересна, но посылает пока, что может.

Прощай, голубчик мой, пиши ко мне, и я буду писать. Низко кланяюсь Т. К. Твой навсегда В. Кост. 14 декабря <1862 г.>.

0

10

37. Письмо В. Костомарова - И. Д. Путилину декабрь 1963 г.

<№ 19> Дорогой друг Иван Дмитриевич, посылаю к тебе А. Д., которого ты изъявил желание иметь на праздниках, дабы познакомить его с какими-то точками. При сей оказии он исправил кое-какие поручения лица, касающиеся нашего общего дела. Если оно не погибло и идет своим чередом, то присутствие А. в Пб. во все время моего сидения там совершенно необходимо. Как-нибудь это надо устроить.

Решение объявится 2-го. Ко времени моего отбытия возврати мне А. в целости, и, конечно, нам надо повидаться с тобою еще в Москве,- дабы условиться насчет весьма многого и очень важного. Матушка кланяется и поздравляет тебя и Т. К. с праздником и с будущим днем рождества. Дай бог вам повеселиться хорошенько - весь год. Распродажа наша идет очень плохо: продали уже почти все - а вышло всего рублей тридцать. Из Женевы нет еще ответа. Мне очень нездоровится.

<декабрь 1862 г.>.

0

11

38. Письмо В. Костомарова - И.Д. Путилину январь 1863 г.

<№ 18> М. г. Иван Дементьевич! Если вы не увеличили своих требований насчет некоторых сведений, которые вы желали иметь от меня (в последнее свидание наше) касательно проектируемого нами журнала, то я с готовностью сообщу вам их при первой же возможности видеться с вами. Вы, надеюсь, поймете причины, заставляющие меня наотрез отказаться от всякого посредничества в этом деле городской почты и, вообще, чего бы и кого бы то ни было, кроме вас и личных переговоров с вами. Жду от вас немедленного ответа, сообразно с которым я и расположу свои дела. Пожалуйста, дорогой мой, поверьте мне, что я употреблю все средства, чтобы извлечь вас из положения, как вы говорите, "крайне оскорбительного и неприятного". Отвечайте же немедленно, когда вы придете ко мне; чем скорее, тем лучше.

<январь 1863 г.>.

0


Вы здесь » Русскій детективъ » Академия и энциклопедия » Дело Чернышевского. Сборник документов


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC